Размер шрифта: A A A
Цвет сайта: A A A A
Контакты

СПОРТ, ВОЙНА И МИР

22.10.2020

Спорт – это не только скорость, выносливости, ловкость, ум и сила. Спорт – это большой социокультурный феномен, влияющий на многие сферы жизни, и это влияние постоянно растёт. Многие слышали фразу – «Спорт вне политики». Однако, многие специалисты и обыватели придерживаются иной точки зрения. В журнале «Journal of Wat & Culture» опубликован специальный сборник, посвященный изучению места спорта в мире, его положению между войной и миром. Мы не будем подробно разбирать статьи этого сборника, но приведём самые интересные точки зрения.

Кажется, почти любое обсуждение взаимосвязи между спортом и войной начинается со знаменитого изречения Джорджа Оруэлла о том, что спорт «это война без убийств» (war minus shooting). Даже Олимпийские игры Оруэлл рассматривает как ничто иное как «имитация войны». Однако, как отмечает исследователь Питер Дж. Бек, такие ссылки обычно не учитывают точный контекст высказываний Оруэлла. Оруэлл писал сразу же после Второй мировой войны, и прямо накануне холодной войны; и в то время, воспоминания о нацистской мобилизации и агитации перед Играми в Берлине 1936 г. были всё ещё свежи и ярки. Олимпийские игры также всегда были ареной спортивной дипломатии. Они были средством измерения национального величия многих народов в послевоенную эпоху, ареной конфронтации западных демократий и Советского блока в битве, в которой капитализм был противопоставлен коммунизму. Как ни парадоксально, основатель Олимпийского движения, Пьер де Кубертен, задумал современные Игры во Франции, всё ещё находясь под влиянием от поражения Франции во франко-прусской войне 1870 года. Игры задумывались не в последнюю очередь как ответ на использование государствами гимнастики в школах обеих стран как форме военной подготовки к будущему конфликту.

Связь войны и спорта прослеживается в течение всего 20 века. Перемежаясь с мрачными событиями, например, «футбольной войной» между Сальвадором и Гондурасом, спорт зачастую выступал как примеряющий фактор, способный объединить многие народы и общества. В этом контексте известен футбольный матч, сыгранный солдатами на Западном фронте во время стихийного перемирия на Рождество 1914 года и символического триумфа постапартеидной ЮАР на чемпионате мира по регби 1995 года. Принципы спортивного примирения сегодня информируют правительства, стремящиеся мобилизовать спорт в постконфликтных ситуациях под знаменем «Спорт, развитие и мир».

warpeace1.jpg

Матч, сыгранный во время Первой Мировой Войны, между враждующими солдатами Англии и Германии

Октябрьский выпуск журнала «Journal of War and Culture Studies» посвящен исследованию некоторых аспектов сложных, пересекающихся отношений войны, мира и спорта. Пока защитники принципов мускулистого христианства (мускулистое христианство - это философское движение, зародившееся в Англии в середине 19 века, характеризующееся верой в патриотический долг, дисциплиной, самопожертвованием, мужеством, а также моральной и физической красотой атлетизма) подчеркивали ценности командного духа, самоотречения и укрощения низменных побуждений у подростков и молодых людей посредством, казалось бы, невинной физической активности, «викторианское» представление о том, что игровое поле и поле боя можно приравнять получило распространение в британском обществе конца девятнадцатого века и за его пределами. Как утверждает Варда Бурстин: «Спорт превратился в институт, обеспечивающий обучение мужским занятиям - войне, коммерции и управлению». Мускулистое христианство было движущей силой «милитаризованного, маскулинного, корпоративного капитализма на раннем этапе его развития».

Более того, со временем спорт стал не только способом подготовки молодых мужчин, но и формой культурной защиты в утверждении особой общественной идентичности. По мнению Берстина, ассоциация спорта с войной сохраняется у спортсменов, идеализированных современной спортивной культурой, которую СМИ создают как некие символы. Контактные виды спорта, от регби до боевых искусств, а также виды охоты и скачек могут выполнять функцию некоторой симуляции военного противостояния, поскольку их основная и исходная функция состоит в исключении реальный физический бой из социальных взаимодействий. Возможно, именно из-за того, что спорт может предложить симуляцию войны через ритуальное соревнование, Олимпийские игры могут стать одновременно праздником международного согласия и идеологического соперничества.

warpeace2.jpg

Заголовок американской новостной газеты: «Картер настаивает на бойкоте Игр»

Но что происходит со спортом во время настоящей войны? Этот вопрос рассматривается в первых двух статьях этого специального выпуска. В статье «Flannelled fools are strutting about tennis courts”: lawn tennis in Britain during the Great War», Роберт Лейк исследует судьбу спорта, который не соответствовал критериям мускулистого христианства, и который до Первой мировой войны ассоциировался с праздной и якобы изнеженной социальной элитой. Лейк показывает, как, несмотря на сопротивление, спорт не только продолжал существовать, но и нашел себе место в рамках британского милитаризма. Статья Грега Райана: «You are absolutely indifferent to the call of your King”: horse racing, war and politics in New Zealand 1914–18», предлагает аналогичный путь раскрытия тематического исследования из схожего конфликта. Как теннис в Британии, лошадиные скачки в Новой Зеландии не соответствовали конкретной военно-спортивной парадигме. Райан исследует, как критика занятия спортом выражалась в моральных терминах и в необходимости продемонстрировать полную приверженность Новой Зеландии британцам.

Статья Питера Ватсона «No place for a left-winger: the historical relationship between football and the FARC in Colombia», исследует политику спортивной практики во время междоусобиц. Здесь Уотсон исследует, как празднование успехов колумбийского футбола с 1960-х до начала двадцать первого века использовались прессой и правительством.

В сборнике представлены и другие интересные статьи, подробно раскрывающие роль спорта в войне и в мирной жизни.


Комментарии:

Возврат к списку